Анализ судебной практики по делам о нарушении требований к языку рекламы (примененеие п. 10 ч. 1 ст. 3 ФЗ N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации")

19 ноября 2016 Автор: Ревазов Михаил Аркадиевич Эксперты: Белов Сергей Александрович
Категория: Административное регулирование

Администратор проекта СПбГУ «Мониторинг правоприменения» М.А. Ревазов


Аннотация
Специалисты СПбГУ проанализировали судебную практику по делам о нарушении требований к языку рекламы. Иностранные слова нужно переводить, но не обязательно печатать перевод такими же буквами, а непристойной реклама не может быть даже в намеках.
Всего за последние 5 лет в Российской Федерации судами было рассмотрено около 250 дел по спорам о несоответствии рекламы требованиям законодательства о государственном языке.
Чаще всего споры возникают по поводу использования в рекламе иностранных слов и выражений либо вообще без перевода, либо с неправильным переводом, либо с переводом, который сделан шрифтом нечитаемого размера. В отличие от надзорных – антимонопольных – органов суды не всегда требуют выполнения перевода буквами того же размера и цвета, но штрафуют рекламодателей, если перевод плохо видим, не прочитать или он неправильный.
Другая большая группа споров – это использование в рекламе нецензурных слов. Активное языковое творчество производителей с целью обойти запрет на мат переиначивая слова («песец»), разделяя их на несколько (ночное заведение «БарСук») у судов не находит сочувственного понимания. Чаще всего такая реклама признается незаконной. Суды не принимают в качестве доказательств или аргументов ссылки на то, что жалоб на эту рекламу не поступало и что в восприятии, например, детей она будет вполне пристойной. Поскольку всем очевидны и цели, и скрытый смысл этих слов, формальные доводы судами обычно отвергаются.
Методика сбора правоприменительной практики
Сбор правоприменительной практики осуществлялся по решениям судов общей юрисдикции. Всего было проанализировано более 280 судебных решений, 27 из которых непосредственно использовались при подготовке отчёта. Судебная практика анализировалось по всем регионам России. При осуществлении мониторинга осуществлялся сбор опубликованных (в том числе размещенных в БД КонсультантПлюс раздел Судебная практика и на информационных ресурсах, содержащих судебную практику – gcourts.ru, судебныерешения.рф, ras.arbitr.ru, pravo.ru) судебных актов по делам, при рассмотрении которых суды или стороны спора применяли п. 10 ч. 1 ст. 3 ФЗ N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации». Перечень проанализированных судебных актов приведен ниже.
Государственный язык Российской Федерации подлежит обязательному использованию, в том числе и в рекламе, в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 3 ФЗ N 53-ФЗ «О государственном языке Российской Федерации»
В соответствии с п. 11 ст. 5 ФЗ «О рекламе» при производстве, размещении и распространении рекламы должны соблюдаться требования законодательства Российской Федерации, в том числе требования гражданского законодательства, законодательства о государственном языке Российской Федерации.
Кроме этого, п. 6 данной статьи устанавливает запрет на использование в рекламе бранных слов, непристойных и оскорбительных образов, сравнений и выражений, в том числе в отношении пола, расы, национальности, профессии, социальной категории, возраста, языка человека и гражданина, официальных государственных символов (флагов, гербов, гимнов), религиозных символов, объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, а также объектов культурного наследия, включенных в Список всемирного наследия.
За соблюдением этих требований следят подразделения ФАС и в случае выявления нарушений привлекают виновных к административной ответственности. В суды обычно обращаются лица, привлечённые к ответственности, с целью оспаривания актов антимонопольного органа.
При этом, в случае использования в рекламе, наряду с государственным языком Российской Федерации государственного языка республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языков народов Российской Федерации или иностранного языка тексты на русском языке и на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, должны быть идентичными по содержанию и техническому оформлению, выполнены разборчиво, звуковая информация (в том числе в аудио- и аудиовизуальных материалах, теле- и радиопрограммах) на русском языке и указанная информация на государственном языке республики, находящейся в составе Российской Федерации, других языках народов Российской Федерации или иностранном языке, если иное не установлено законодательством Российской Федерации, также должна быть идентичной по содержанию, звучанию и способам передачи.
Это требование не распространяется на фирменные наименования, товарные знаки, знаки обслуживания, а также теле- и радиопрограммы, аудио- и аудиовизуальные материалы, печатные издания, предназначенные для обучения государственным языкам республик, находящихся в составе Российской Федерации, другим языкам народов Российской Федерации или иностранным языкам.
Также, ч. 6 ст. 1 вышеназванного Федерального закона установлено, что при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке.
Из указанного органы ФАС делают вывод, что в рекламе допускается использование русского языка, только соответствующего нормам русского литературного языка.
Использование в рекламе отдельных слов или фраз
на иностранном языке
При возникновении подозрения о том, что определённая информация является ненадлежащей рекламой из-за использования в ней иностранного языка суды обращают внимание на два аспекта, которые необходимо разрешить изначально: установить, является ли данная информация рекламой, а также выяснить вопрос о её соответствии требованиям законодательства.
Суды исходят из того, что информация является рекламой, если она адресована неопределенному кругу лиц и направленна на привлечение внимания к продаже товаров в определённом магазине, по сниженной цене, на особых условиях и т.д., а также она формирует и поддерживает интерес потребителей к объекту рекламирования.
Также часто используется прямая отсылка к ст. 3 Закона N 38-ФЗ, в которой определено, что рекламой является информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.
Важное значение может иметь время обнаружения нарушения и содержание рекламной информации. Если реклама сообщает о каком-либо событии (концерт, распродажа и т.д.) которое произошло ранее, чем было выявлено нарушение законодательства о государственном языке, то такая информация не будет признана рекламной (цель, привлечение внимания к событию, будет уже утрачена), следовательно, будет отсутствовать нарушение Закона о рекламе.
Наличие или отсутствие перевода иностранного слова в рекламе
Позиция ФАС обычно заключается в том, что необходимо не только обязательное наличие перевода на русский язык используемых слов на иностранном языке, но и размещение этого перевода идентично по техническому оформлению самим иностранным словам. К примеру, нарушение было усмотрено в том, что перевод фразы «SEASON SALE» был размещён на рекламном плакате в нижней части и выполнен шрифтом в 20,2 раза меньшим, чем словосочетание на английском языке, что свидетельствует о том, что перевод рекламы на русский язык оформлен иным образом, и не является идентичным тексту рекламы на английском языке по техническому оформлению[1].
Однако суды не всегда разделяют подход органов ФАС и порой занимают иную позицию. Суды настаивают на необходимости обосновать, каким образом реклама вводит ее потребителей в заблуждение, учитывая наличие перевода размещенной информации на русский язык. В случае, когда словосочетания на иностранном языке и их перевод не являются идентичными по и техническому оформлению, но перевод на русском языке отражает значение и смысловую нагрузку словосочетания на иностранном языке, суды могут не усмотреть нарушения законодательства.
Стоит отметить, что единообразие судебной практики по такому вопросу отсутствует. К примеру, в схожей ситуации может быть принято и противоположное решение: «в рекламе присутствует фраза на английском языке - "reach the rich", перевод этой фразы - "стань богатым" также имеется, однако находится на шве журнала и напечатан мелким и трудноразличимым шрифтом, то есть не является идентичным по техническому оформлению фразе на английском языке, и, как следствие, затрудняет его восприятие потребителем.
В этой связи судом первой инстанции обоснованно не принят довод общества о том, что наличие (формальное) перевода в тексте рекламной информации обеспечивает соблюдение приведенных выше положений Закона «О рекламе»»[2].
При полном отсутствии перевода у ФАС и суда обычно не возникает споров о необходимости привлечения нарушителя к ответственности[3], но бывают и исключения, связанные со спорными ситуациями.
Наиболее распространённым нарушением является использование без перевода на русский язык слова «SALE». Оно может быть размещено на витрине магазина, на вывеске, на Интернет-сайте и т.д. Суды указывают, что в ч. 2 ст. 3 Федерального закона "О государственном языке в Российской Федерации" указан порядок использования в рекламе текстов на иностранном языке. В силу данной нормы, в рекламе допускается использование иностранных слов и выражении, если одновременно в рекламе присутствует их идентичный перевод на русский язык. При этом перевод должен в полной мере отражать смысловое содержание текста на иностранном языке, а также должен быть выполнен в той же манере, что и текст на иностранном языке[4].
Также отмечается, что слово «sale» существует в различных языках мира (английский язык, французский язык, итальянский язык) и имеет самые различные переводы. Имя существительное - 1) продажа, реализация, сбыт, 2) продажа с аукциона, с торгов, 3) распродажа по сниженной цене. Таким образом, в связи с тем, что отсутствует перевод иностранного слова на русский язык, потребитель не может в полном объеме уяснить смысл данного выражения[5].
Знание иностранного языка не является обязательным для российских граждан. Поэтому использованные в рекламе выражения на иностранном языке потребитель рекламы может не уяснить, и для него рекламная информация будет не полной и искаженной.
В качестве же наглядного примера спорной ситуации можно привести случай, когда орган ФАС усмотрел нарушение в отсутствии перевода текста рекламной растяжки. Текст на растяжке представлял собой наименование фестиваля ("GLOBALGATHERING") и псевдонимы ди-джеев ("AX WELL. RICHIE HAWTIN. MARKUS SCHULZ. AIDBACK LUKE. SANDER VAN DOORN. ATB. ADAM BEYER. JAMES ZABIELA. CALVIN HARRIS. SUB FOCUS. BOBINA. NOISIA. ALY&FILA. NERO"). Наименование фестиваля было зарегистрировано как товарный знак, следовательно, наименование фестиваля, равно как и псевдонимы ди-джеев – имена собственные – переводу на русский язык не подлежали. Но административный орган ссылался на использование в тексте рекламной информации выражения "Главный open-air планеты!" без перевода на русский язык. Апелляционная коллегия пришла к выводу, что выражение "openair" является устойчивым, закрепившимся и не имеющим аналога в русском языке. Указанное выражение также относится к наименованию фестиваля и означает мероприятие, проходящее на открытом воздухе[6]. Такой вывод действительно является неоднозначным, так как выражение "openair" хоть и относится к фестивалю, но не являлось частью его названия; устойчивость выражения была оценена чудом самостоятельно, без привлечения специалистов; отсутствие русского слова-аналога не означает невозможность перевода, что и продемонстрировал сам суд, дав определение этого слова на русском языке.
Ещё одна спорная ситуация связана с указанием в рекламе на иностранном языке адреса Интернет-сайта без перевода на русский язык. Случаев, когда это признавалось бы незаконным крайне мало, но всё же встречаются судебные решения, в которых суды указывают, что возражения заявителя, о том, что спорная информация является адресом Интернет-сайта, не свидетельствуют о соблюдении требований законодательства о рекламе[7].

Судам часто приходится оценивать тот перевод, который представлен в рекламе, но, по мнению ФАС, является ненадлежащим по своему содержанию. Для этого суды привлекают специалистов в области переводов и основывают свою позицию на сравнении перевода представленного в рекламе и перевода, выполненного специалистом[8].
К примеру, в рекламе ООО "Автоцентр Глобус" была использована фраза на иностранном языке «The Power to Surprise» без надлежащего перевода на государственный язык Российской Федерации.
В соответствии с письмом от 04.12.2013 исполняющего обязанности ректора ТГТУ профессора Дворецкого С.И. фраза "The Power to Surprise" может быть переведена с английского языка на русский язык как "способность удивлять", "сила удивлять", "умение удивлять", а не "навстречу переменам".
Перевод фразы "The Power to Surprise", помещённый на рекламе, является ненадлежащим, поскольку перевод слогана "The Power to Surprise" под знаком звездочки (*) выполнен в виде фразы на русском языке "Навстречу переменам".
Таким образом, УФАС сделан правильный вывод о том, что указанная реклама распространялась в нарушение части 11 статьи 5 Закона о рекламе.
Использование в рекламе бранных слов, непристойных и оскорбительных образов, сравнений и выражений
Вторым распространённым вопросом, который часто выносится на рассмотрение суда, является вопрос о нарушении законодательства о рекламе и законодательства о государственном языке вследствие использования недопустимых слов и выражений на русском языке.
Как уже было указано выше, в рекламе не допускается использование бранных слов, непристойных и оскорбительных образов, сравнений и выражений, в том числе в отношении пола, расы, национальности, профессии, социальной категории, возраста, языка человека и гражданина, официальных государственных символов (флагов, гербов, гимнов), религиозных символов, объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, а также объектов культурного наследия, включенных в Список всемирного наследия. Однако, данное нарушение редко бывает явно выраженным и для его обнаружения требуется тщательное исследование рекламных тексов с привлечением специалистов в области филологии и лингвистики, почти во всех случаях необходимо проведение лингвистической экспертизы.
Наиболее распространённым основанием для признания рекламы не соответствующей требованиям закона выступает вывод о том, что тексты рекламы содержат обсценное (нецензурное, непристойное) слово или выражение, употребляемое в ненормативной лексике как эвфемизм, недопустимое в литературной речи, которое воспринимается потребителями как оскорбительное.
Для выявления и толкования таких слов и выражений также используются различные словари жаргона, словарь арго и т.д.[9]
Ярким примером такого слова выступает слово «песец», которое неоднократно оказывалось частью рекламы, которая имела двусмысленное значение.
Слово «Песец» в выражении «песец идёт», связанное с концом чего-либо, или выражение «Полный писец/песец». Ни одно слово в этих фразах не имеет запретительной пометки в толковых словарях, равно как вся эта фраза отсутствует в словарях жаргонных, бранных и матерных выражений. Специалисты отметили, что значение рекламных текстов, использующих такое выражение, не выводится только из значений составляющих его слов, но опирается и на культурные (фоновые) знания носителей языка. С помощью языковой игры, основанной на неоднозначности значения этого слова как наименования животного и эвфемизма нецензурного слова, заимствовании выразительности нецензурного слова, возникает этически неприемлемый смысл рекламного сообщения, идентифицируемый носителями русского языка.
Для признания рекламы с таким словом недопустимой некоторые суды требуют проведения социологических опросов и представления доказательств наличия негативного мнения потребителей рекламы. Однако данный подход не соответствует действующему законодательству, на что и указывают вышестоящие суды: «в данном конкретном случае, не требуется проведение каких-либо опросов, поскольку в силу п. 1, 6 ст. 1, пп. 10 п. 1 ст. 3 Федерального закона РФ от 01.06.2005 N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации" в данном случае речь идет об использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации, применение которого в соответствии с п. 3 ст. 1 названного Закона не определяется путем опроса населения»[10]. А вывод суда первой инстанции о том, что слово «песец» может быть употреблено и в значении не воспринимаемом в качестве оскорбительного, в подобном случае является ошибочным, поскольку само по себе данное слово соответствует официальным канонам государственного языка, только если оно употребляется в смысле, устанавливающем понятие песец как полярная лисица с короткими ногами, длинным пушистым хвостом и белой или серовато-дымчатой окраской.
В СМИ можно встретить упоминания и о других случаях, которые вызывали возмущение общественности, но предметом правового разбирательства о привлечении к ответственности так и не стали. В частности, это касалось названий магазинов нижнего белья в Хабаровске и Благовещенске – «Сисин Дом».[11]
Скрытый смысл может быть не только у отдельных слов, но и у части слова. На практике встречаются случаи, когда из нескольких слов складывается одно, по смыслу не относящееся к рекламируемому объекту, но при прочтении отдельных частей которого можно обнаружить совершенно иное значение. Для выявления и доказывания нарушения законодательства о государственном языке и о рекламе суды используют заключения лингвистической экспертизы. К примеру, суд рассматривал дело, связанное с рекламой стрип кабаре холла «БарСук»[12]. При разрешении данного дела суд, основываясь на заключении специалиста в области лингвистики, следовал следующей логике: Слово "БарСук" может иметь двоякое прочтение: как единое слово "барсук" и как проявление языковой игры (словосочетание "Бар сук"). При прочтении "Бар сук" в рамках публичной коммуникации наблюдается нарушение норм приличия, словосочетание имеет неприличную форму. Матерная (обсценная) лексика в данном сочетании отсутствует. Слово "БарСук" может быть воспринято массовым адресатом как словосочетание "бар сук". Восприятие слова "БарСук" как цельного нечленимого комплекса (слово "барсук") также возможно.
Суд первой инстанции указал, что оцениваемая реклама не содержит образ данного животного, логически не рекламирует данное животное, а также не содержит указаний на барсука в смысле животного.
В итоге, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности восприятия слова "БарСук", как слов "Бар Сук", а также о возможном восприятии слова "Сук" в качестве бранного. Слово "сука" несет двусмысленную информационную нагрузку, так как имеет два лексических значения, как определяющее пол собаки и как бранное слово. В рекламе слово "Сук" соотносится со словом "Бар" и непосредственно применимо к человеку женского пола и может быть применимо к животному только посредством ассоциативного восприятия относительно человека в данной рекламе.
Таким образом, именно суд оценивает то, как именно воспринимается подобное спорное выражение в обществе и имеется ли нарушение законодательства при его использовании в определённом контексте.
Использование в рекламе непристойного выражения может совпадать и с использованием в тексте рекламы иностранных слов. При этом большее внимание у суда вызывает содержание рекламы, а не наличие перевода. Если смысл использованных в рекламе слов не вызывает у суда двусмысленного толкования, то суд самостоятельно рассматривает вопрос о недопустимости помещения таких слов в рекламу без привлечения специалистов в области лингвистики. Один из таких случаев произошёл в г. Иркутске и демонстрирует, как суд может самостоятельно определить к чему привлекает внимание реклама и насколько это допустимо[13].
«Суд отметил, что вопрос использования в спорной рекламе выражения "Sex&Drugs&Rock'n'Roll", как непристойного, является вопросом факта, решение этого вопроса специальных знаний не требует, и по общему правилу вопрос может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя.
Так выражение "Sex&Drugs&Rock'n'Roll" является одним из популярных и распространенных лозунгов 70-х годов.
Настоящая популярность этого лозунга пришлась на 1977 год. Тогда в свет вышла песня Иэна Дьюри, которая так и называлась "Sex&Drugs&Rock&Roll" и которой провозглашался и популяризировался определенный образ жизни, определенной субкультуры группы людей, направленный на придание повышенного значения беспорядочным половым отношениям, употреблению наркотических веществ, музыке в жанре рок-н-ролл".
Использование в рекламе слогана "Sex&Drugs&Rock'n'Roll", пусть даже и из песни британского рок-исполнителя Иэна Дьюри, "Sex&Drugs&Rock'n'Roll", потенциальным потребителем рекламы воспринимается, в первую очередь, как совокупность благ: "секс", "наркотики", музыка, без относительно их внутреннего содержания и индивидуальных особенностей, что позволяет говорить о том, что данный лозунг воспринимается на бытовом уровне, к чему и была обращена реклама, как пропаганда сексуальной раскрепощенности в противовес общественным ограничениям, и пропаганда употребления наркотиков, в противовес общественным и уголовным запретам, завуалированная музыкальным сопровождением в стиле "Rock'n'Roll".
При этом, как усматривает суд апелляционной инстанции, указанная реклама, не направлена на рекламирование музыкального стиля "Rock'n'Roll" и его исторического развития, а направлено исключительно на рекламу увеселительного заведения, атмосфера которого, согласно стилю рекламы, характеризуется именно духом данного слогана, который в данных обстоятельствах содержит вседозволенность, распущенность поведения, граничащую с прямыми публичными запретами».
Можно отметить, что непристойность выражения является оценочным понятием и при его использовании суды исходят из того, какие общественные ценности оспариваются спорным выражением.
Обратим внимание и на основные возражения ответчиков по подобным делам, которые отклоняются судами.
Ответчики часто ссылаются на то обстоятельство, что в их адрес не поступали жалобы от тех лиц, которые могли бы быть оскорблены рекламой - по мнению суда, это обстоятельство не имеет правового значения, поскольку соблюдение правил государственного русского языка не определяется отношением к таким правилам отдельными членами общества. Нормы и правила современного государственного русского языка подлежат соблюдению независимо от отношения к ним общества, а отсутствие сведений об оскорбленных и обиженных гражданах такой рекламой не свидетельствует о соответствии рекламы правилам современного государственного языка, что обусловлено ст. 1, пп. 10 п. 1 ст. 3 Федерального закона РФ от 01.06.2005 N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации".
Также отклоняется и довод истцов о том, что законодательство допускает употребление в рекламе слов и выражений, ставших частью молодежного языка (сленга).
Основные выводы и рекомендации по итогам мониторинга правоприменения:
Необходимо выработать единый подход к требованиям по оформлению перевода иностранных слов, используемых в рекламе. А именно, требования к размеру, формату и цвету шрифта, месте расположения перевода и т.д.
Нарушение в виде использования в рекламе бранных слов, непристойных и оскорбительных образов, сравнений и выражений может выражаться в совершении одного из указанных действий. Однако, как показал мониторинг суды не всегда разделяют эти понятия, хотя, например, непристойное выражение может при этом не являть бранным и т.д. Судам необходимо в каждом конкретном случае устанавливать, какое именно нарушение было совершено.
Для установление наличия нарушения не требуется проведение каких-либо опросов, поскольку в силу п. 1, 6 ст. 1, п. 10 ч. 1 ст. 3 Федерального закона РФ от 01.06.2005 N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации" в данном случае речь идет об использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации, применение которого в соответствии с п. 3 ст. 1 названного Закона не определяется путем опроса населения, не требуется наличие обращений недовольных граждан и т.д. Подобные аргументы сторон должны отклоняться, а для судов недопустимо требовать от административных органов представления в качестве доказательства непристойности выражения (оскорбительности, ругательного характера) результатов опроса населения.

[1] Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2013 по делу N А64-6063/2012
[2] Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2011 N 15АП-13786/2010 по делу N А53-16744/2010
[3] Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2009 N 05АП-2673/2009 по делу N А59-1993/2009; Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2009 N 05АП-3031/2009 по делу N А59-2069/2009

[4] Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2014 по делу N А65-21595/2013; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2011 N 09АП-24185/2011-АК по делу N А40-143417/10-153-966; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2014 N 11АП-1675/2014 по делу N А65-24085/2013
[5] Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2014 N 11АП-1607/2014 по делу N А65-24088/2013
[6] Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2012 N 15АП-462/2012 по делу N А53-17542/2011
[7] Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.05.2012 N 09АП-7370/2012 по делу N А40-86439/11-122-604; Постановлением ФАС Московского округа от 12.09.2012 по делу N А40-86439/11-122-604
[8] Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2014 по делу N А64-1112/2014

[9] Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2013 N 18АП-12320/2013 по делу N А34-549/2013
[10] Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2010 по делу N А58-7901/09
[11] http://www.amur.info/news/2012/11/21/63208
[12] Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2015 N 12АП-2495/2015 по делу N А57-10476/2014

[13] Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2014 N 04АП-879/2014 по делу N А19-13719/2013

Прочитано 180 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Вы здесь: Главная Юриспруденция Административное регулирование Анализ судебной практики по делам о нарушении требований к языку рекламы (примененеие п. 10 ч. 1 ст. 3 ФЗ N 53-ФЗ "О государственном языке Российской Федерации")